Людмила Беженару

Ясский университет им. И.Кузы, Румыния

У азербайджанского народа много авторов, слава о которых распространилась по всему миру. Но Насими, признанная вершина в истории азербайджанской литературы, выделяется среди них своим учением о новом отношении к человеку, новым пониманием его сущности, учение которое своими корнями было неразрывно связано с духом азербайджанского народа, его общественно-политическими взглядами и особой «близостью к Всевышнему». Насими называют «гениальным поэтом азербайджанского народа, несокрушимым богатырем азербайджанской поэзии, великим мыслителем» (М.И. Асланлы Гунтюрк),[Асланлы, 2013] «яркой звездой на небосклоне мировой духовной культуры» [www.trend.az] (Фуад Мамедов), «мучеником больших идей» [Авадяева, info.wikireading.ru]  (Елена Авадяева), хотя в свое время за пропаганду идей хуруфизма его объявили «безбожником» и «иноверцем». Вошедший в историю как символ стоического терпения и смелости, бескомпромиссного поиска истины и воздвигнув себе памятник в мировой поэзии, литературной и философской мысли, Насими оставил, прежде всего, ярчайший след в истории азербайджанской и мировой литературы, своим творчеством открыл новую главу в развитии содержания азербайджанской национальной поэзии. Вот уже более шести веков «его славное имя превозносится на Востоке как символ мужества, геройства, непоколебимой воли, верности своим убеждениям, о нем создают легенды и пишут художественные произведения.» [ idem]

Год Насими, провозглашеный Президентом Ильхамом Алиевымуникален тем, что наследие Насими стало объектом глобального исследования литературно-культурной мысли Азербайджана, а для насимиведения открылись новые возможности для более детального изучения и восполнения существующих еще пробелов в изучении творчества Насими историками, литераторами, богословами, культурологами.

Главное в поэзии Насими – это утверждение Человека и культурных ценностей. Духовные ценности, любовь к человеку, призыв к свободе и воле, к терпению и совести составляют основу и сущность творчества Насими. Литературное наследие поэта складывается из единства глубоких литературно-эстетических идей и философских взглядов того времени. Насими внес неоценимый вклад в содержательное обогащение идеями гуманизма средневековой поэзии. В своих произведениях поэт сделал предметом исследования «совершенного человека», которого он возвеличивал, и сформировал образ искателя истины, умеющего думать глубоко, ищущего разгадку множества тайн мироздания, постоянно стремящегося к совершенству. В своих стихах, воспевавших человечность и нравственность, поэт возвышает человека, показывая его как прямой источник красоты и энергии, жизненной силы. Однако эта красота и сила являются драгоценным качеством, присущим не всем, а только совершенным людям, познавшим смысл бытия. Поэт Насими, указывая на бессмертие духа совершенного человека, сравнивает его идеальный образ с лучистым солнцем любви.Человек в представлении поэта всеобъемлюще велик, в нем вся вселенная, он всемогущ, в нем вся премудрость мира: «В меня вместятся оба мира, но в этот мир я не вмещусь.»

Будучи предан высоким критериям идеалов фольклора и литературы, Насими в своих стихах воспел мужество и храбрость своих соотечественников, одновременно осуждал такие отрицательные черты, как покорность, слабость духа, критически оценивал негативные принципы и черты исламской религии, резко выступал против религиозной дискриминации между людьми, с уважением относился к немусульманам, активно боролся с формализмом и односторонностью религиозных традиций. Именно мужество и храбрость он искал в творчестве своих предшественников, демонстрируя духовное родство с великими гуманистами Азии и Европы.

В своем творчестве Насими уделял большое внимание воспитанию своих соотечественников в духе непримиримости с общественной несправедливостью, беспредельностью и своеволием, желал видеть их крепкими телосложением, могучими, трудолюбивыми и выносливыми людьми. В своих стихах он неоднократно подчеркивал, что на поля сражений должны выходить крепкие мужья, там нечего делать трусам. Насими как в своем художественном творчестве, так и в личной жизни придавал исключительно важное значение физическому развитию и совершенству для формирования человека как настоящей личности. Развитие такой личности требует от человека сильного характера, крепкой воли и выносливости. Эти и другие позитивные качества, считал автор, вырабатываются в процессе воспитания и физического развития.

Имя великого поэта на протяжении веков является на Востоке символом душевной широты, мужества и самоотверженности, а «судьба Имадеддина Насими на Востоке является символом мужества и верности своим убеждениям.» [liveinternet.ru]. Великий поэт превратился в высокий символ неотступного и смелого поиска истины, «он воплотил в себе высокую нравственность и мужество, стремление к самопознанию и самосовершенствованию, развитию человеческого достоинства и творческой деятельности.»[trend.az] — считает Фуад Мамедов в своем культурологическом исследовании творчества Насими, хотя другой исследователь его творчества, Саадат Шихиева, ведущий научный сотрудник НАНА Института востоковедения Азербайджана, уверена, что «ему невозможно давать оценку в ограниченных рамках, так как в нем воплотились признаки сразу нескольких очень сильных людей. Он был личностью вне времени и пространства. [Шихиева, vestikavkaza.ru]

            Эстетика Насими о духовном совершенстве человека, которая включает разум, красоту и любовь, соприкасается, по нашему мнению, с эстетикой Полноты Камала Абдуллы и выражает мироощущение и мировоззрение не только восточной, но и европейской ментальности. [Беженару, 2013, 180]

Мы писали о том, что творчество Камала Абдуллы несет в себе глубокий инициатический смысл, философично в pазмышлениях и безгранично в авторской фантазии. Его философия религиозна, но духовный порыв камало-абдуллаевской философии обращен не к небу; его философия не утверждает бессмертие. Она видит смысл бытия и жизненных устремлений человечества в создании земного рая, т.е. такого земного обустройства жизни, в условиях которого человек наиболее полно раскроет свои духовные и нравственные качества и утвердит в своей жизни в качестве основополагающих принципы человечности, добра, справедливости, правды. Беря все ценное в мировой литературе, Камал Абдулла развивает и дополняет теорию романа, которая все меньше делится по языкам и континентам, и создает в азербайджанской литературе национальный роман-катарсис. Если Аристотель считает, что трагедия есть катарсис страстей, а Мольер – что комедия есть катарсис наших слабостей, то автор трилогии «Под сенью карагача» [Абдулла, 2016] полагает, что в споре добра и зла победы быть не может, но у индивида есть шанс возвыситься над добром и злом. Вслед за Достоевским, автор уверен, что, кроме счастья, человеку точно также необходимо несчастье. Человек, по Достоевскому, не делает выбора между добром и злом. Романы Камала Абдуллы представляют нелинейную цепь событий, смыслы которых переплелись, как ветви древнего карагача, чтобы выявить процесс духовной трансформации героев в момент, когда человек сталкивается с глубоко личной трагедией, и построены в форме множества эпизодов, переданных в виде ретроспекций-воспоминаний, наполненных восточной мудростью. Обращаясь, как и Насими, к этическим принципам исламских суфиев, автор знает, что по суфийской традиции «зла нет, как чего-то существующего объективно, онтологически. Поэтому все, что творит Бог, есть добро. Зло же существует по видимости. Это некая форма, за которой скрывается универсальное благо. Страдания, несчастия, переполняющие человеческий мир, являются всего лишь средствами для наставления на путь истинный».[Кирабаев, 1986, 89]

По мнению азербайджанского мыслителя, автора эстетики Полноты Камала Абдуллы, именно таким образом будет достигнуто на земле состояние всеобщего счастья и любви, устройства совершенной земной жизни. Это плоды мечтаний и попытка автора спустить небо на землю, построить земную жизнь по небесным принципам, и в этой своей попытке он не ставит на место Бога человека, на место Духа Божия человеческий разум, на место страха Божьего человеческую любовь (и в этом различие творчества Камала Абдуллы с творчеством великого Насими, т.к. основной мыслью поэзии Насими, пронизывающей все его творчество, является отождествление человека и бога, обожествление человека). Во главе всего Камал Абдулла ставит Слово. А последним из чудес, считает автор-повествователь и герой Хаджи Ибрагим Ага слушая Сеид Сары, – это явление Корана – «…последним чудом стало явление Корана, который наш Пророк принял от Аллаха и подарил всему человечеству. После этого нет больше места для чудес на земле <…> Все, круг замкнулся…», [Абдулла, 2010, 145] но одно из имен мгновения остается. Имя этому мгновению – Слово – в начале и в конце времен. И Оно, Слово, как последняя песчинка, наполняет Полноту. В поисках формулы исторического пути человечества, в общем, и азербайджанского этноса, в частности, Камал Абдулла опирается на Дастан как на модель идеального бытия и вводит его в описание современной жизни как сравнительную величинну.

С творчеством Камала Абдуллаева в восточной философии берёт начало жанр антиутопии. Этот жанр не имел по сути аналогов в европейской философии и литературе, он нередко требовал языка притчи, исповеди, отказа от академических форм теоретизирования, от чисто рационального способа доказательства и прочувствованных сердцем, пережитых, выстраданных истин, тем самым утверждало восточную самобытность и своего рода неповторимость.

Философия Камала Абдуллы религиозна, по крайней мере характер его философствования, который обычно связан с восточнославянским мировосприятием, православием, переплетается с рассуждениями Н. А. Бердяева о том что «истина может быть открыта чисто интеллектуальным, рассудочным путём, что истина есть лишь суждение. <…> постижение сущего даётся лишь цельной жизнью духа, лишь полнотою жизни.» [Бердяев, 1991] И та эстетика Полноты, которую строит автор на страницах своих романов, выражает мироощущение и мировоззрение азербайджанской ментальности.

Деконструкцией огузского мифа Камал Абдулла вводит в мировую литературу тему всепрощения путем очищения и отказа от мести, от кровопролития. А Всепрощение означает прекращение кровопролития, воин, мести, и этот запрет идет от Мифа. Гениальную идею Насими о необходимости совершенствования человека, созданного богом по своему образу и подобию и наделенного им божественными качествами Камал Абдулла дополняет мыслью о Всепрощении – человек должен уметь, должен научиться прощать. Дополнение «модели современного человека», аналитической модели современной личности духовной энергией и такими качествами как прощение, очищение от грехов, отказ от мести — это новое видение современной личности — человека урбанизации, индустриализации, средств массовой коммуникации и усиливающейся мобильности. Эти качества взаимосвязаны. Автор уверен, что если у человека есть одна из перечисленных черт, то наверняка обнаружатся и другие.

Всепрощение – это образ идеальной модели мира, которую Камал Абдулла создает в розовых тонах романа-фантазии «Долина кудесников». Всепрощение означает, что нет повода для мести, для кровопролития. Эта идея романа ставит Камала Абдуллу в один ряд с авторами мировой литературы. Идея Всепрощения, выдвинутая современным азербайджанским писателем, это доказательство того, что азербайджанской литературе и культуре интересны глобальные проблемы, социальные потрясения, социальные изломы, поиски духовности, уважение к истории и традициям предков.

Мысль о Всепрощении, которую мы считаем сюжетной и идейной кульминацией романа, выдвинута прямым текстом, без путаницы шифров и кодов; это для того, чтобы она стала ясна, без всякого миража, всему миру: только путь очищения и всепрощения может создать на истрадающей и измученной Земле не параллельный мир, а мир настоящий. Очищение и всепрощение должны произойти «до часа Страшного Суда». [Строка из лирики Камала Абдуллы, в переводе Аллы Ахундовой, 2004]

Эту древнюю мысль в XXI век по-своему переносит, дополняя образ своих героев новыми качествами, азербайджанский писатель Камал Абдулла. На достоевско-камаловской идее Всепрощения встречаются два мира – мир православный (западно-восточный) и мир мусульманский – как знак того, что Земля у нас одна, и все мы ходим под одним Богом, потому и диалог культур, литератур, наций, этносов, религий, регионов возможен и необходим.

Идеи Насими о необходимости совершенствования человека, рассматриваемые почти семь столетий назад как инструмент развития человеческой культуры, Камал Абдулла дополняет современным пониманием необходимости всестороннего развития человека и использования заложенных в нем потенциальных духовных и культурных качеств, и прежде всего человеколюбия. Камал Абдулла в своем творчестве рассматривает не просто человека самого по себе, а человека — личность в качестве самостоятельного, критически мыслящего и включённого в культуру субъекта, способного к осознанной, разумной, самостоятельной деятельности; как личности в контексте диалога, взаимопонимания и социокультурного контекста современной эпохи. Ведь именно при помощи этих качеств человек строит и позитивно преобразует окружающий мир и самого себя, создавая вторую искусственную природу – культуру. Современная культура трактуется как культура Диалога, и она «открывает безграничные возможности для гармоничной и достойной жизни людей, становления и развития цивилизаций человечества.» [www.trend.az].

В современном мультикультурном и в то же время глобализующемся мире вера азербайджанских авторов разных эпох и времен Насими и Камала Абдуллы в могущество и творческие силы личности, в ее совершенство, а также ее переосмысление и новая интерпретация открывают новые возможности для расширения и углубления процессов формирования взаимопонимания и сотрудничества народов и государств в целях устойчивого развития в условиях глобализации, и, почему бы нет, формирования международной культурной идентичности, основанной на «межкультурную личность» в контексте комплексного, холистического познания образа Другого.

Литература

  1. Распоряжение Президента Азербайджанской Республики «О проведении 650-летнего юбилея великого азербайджанского поэта Имадеддина Насими» от 15 ноября 2018 года номер 689, на официальном сайте Президента Азербайджанской Республики https://ru.president.az/articles/30722/print
  2. Абдулла, Камал, «Долина Кудесников», стр.145,
  3. Абдулла, Камал, «Господин дороги», сборник стихов в переводе Аллы Ахундовой, Москва, РИФ «РОЙ», 2004,
  4. Авадяева Елена Николаевна, 100 великих казней,  https://info.wikireading.ru/20080https:// www.liveinternet.ru/users/marie_madeleine/post449962472/
  5. Асланлы Гунтюрк, М.И. Проблемы физическо-волевого совершенства в жизни и творчестве И. Насими, Вектор науки ТГУ. 2013. № 1(12),
  6. Беженару, Людмила, «Камал Абдулла: Философия Полноты», монография, Сербия, Нови Сад, 2013, стр.180,
  7. 7.      Бердяев.Н.А. Самопознание (Опыт философской автобиографии). М.Книга, 1991, стр.292.
  8. Кирабаев Н.С. Идея совершенства человека в этике Аль-Газали. – //Философия Зарубежного Востока. — М.: 1986, стр.89.
  9. Мамедов Фуад, «Азербайджанцы призывают Европу к совершенству через философию Насими», интервью в Trend Life, https://www.trend.az/life/interesting/3098692.html,
  10. Шихиева,Саадат, «Казнь Насими была политически мотивированным убийством» https://vestikavkaza.ru/interview/Saadat-SHikhieva-Kazn-Nasimi-byla-politicheski-motivirovannym-ubiystvom.html